Воспоминания

Андрей Громов

Сиреневый сад

Леонид Алексеевич Колесников в своем знаменитом сиреневом саду

С выдающимся русским писателем Леонидом Максимовичем Леоновым я впервые встретился в мои школьные годы у моего учителя Леонида Алексеевича Колесникова в его знаменитом сиреневом саду, недалеко от метро «Сокол», район Песчаных улиц. «Магом и волшебником» сирени в этом саду были созданы десятки широко известных отечественных сортов, а вместе с элитными гибридами селекционный фонд составлял более трех сот соргообразцов. Сад Колесникова в Большом Песчаном переулке назвали сиреневой «жемчужиной» Москвы, слава о которой неслась по всему Советскому Союзу и за границей. Когда цвела сирень, каждую субботу и воскресенье и сад приходило более тысячи человек. Это были люди из различных уголков нашей страны, влюбленные в сирень и гости из-за рубежа.

Леонид Максимович — большой знаток и любитель природы. Он проявлял особый интерес к колесниковским весенним красавицам и стремился ближе познакомиться и с сиренями и с их создателем.

Леонида Алексеевича Леонову представил давний друг селекционера, в то время секретарь Союза советских писателей — Алексей Сурков.

Чем меня поразила эта первая встреча с Леоновым? Как ни странно, глубокими знаниями биологии растений и практическими навыками их вырашивания. Леонид Максимович, как оказалось, уже достаточно хорошо был осведомлен о культуре сирени и «живьем» на кустах безошибочно узнавал цветущие иностранные сорта и отдельных колесниковских питомцев. Как выяснилось, он выращивал у себя на даче несколько кустов сирени Колесникова, полученных из коллекции Главного Ботанического сада АН СССР, он выискивал и находил самые интересные формы, отмечал их наиболее ценные декоративные особенности. Такое мог позволить себе только человек, для которого растительный мир, в частности сирень, стал неотъемлемой частью его внутреннего мира.

Леонида Максимовича, пожалуй, больше всего интересовали отдельные отработанные «волшебником» приемы выращивания сирени, особенно способы перепрививки взрослых, отбракованных кустов гибридов «полу-живыми» угнетенными веточками, срезанными с внутренней части куста в феврале—марте и оставленными на снегу до апреля. В апреле их убирали в сухой холодный подвал. Прививку начинали в конце апреля—начале мая, а заканчивали даже после периода цветения, до 5 июня.

Бывало, что обрезанные кусты, нередко посаженные в предшествующий год в ведра, с привитыми на них угнетенными веточками, в которых жизнь чуть-чуть теплилась, для многих (даже для специалистов-растениеводов) казались погибшими, и кое у кого уже интуитивно тянулась рука доказать это и обломать ненужную «сушь».

Леонид Максимович, однако, очень внимательно осматривал такие прививки и заметил: «Э... да вот уже и почки пробуждаются». Л.А. Колесников пояснил премудрости такого способа прививки и добавил, что таким приемом он вырастил куст сирени, на котором расцветали 69 сортов. Куст демонстрировался в 1939 году на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке.

Все оригинальные декоративные растения сиреневого сада, будь то пестролистная фуксия, декоративная слива, вишня или махровый жасмин, розы — все это привлекало внимание Л.М. Леонова. И, к моему удивлению, он знал об этих растениях по крайней мере не меньше, чем маститый селекционер. Показывал селекционер писателю и свой инструментарий, и отдельные детали «малой механизации». Большинство из уведенного изготавливалось Колесниковым в едином экземпляре из качественной нержавейки по собственным эскизам. Это была вторая гордость мастера-растениевода. Но ожидаемого бурного эффекта на Леонида Максимовича они не произвели. Он с вниманием рассматривал демонстрируемую технику, однако заметил, что нечто подобное у него уже есть и используется в работе на даче.

Более неожиданное впечатление произвела система искусственного дождевания сада. По всему саду была размешена система труб (с форсунками), по которым с помощью двигателя от грузового автомобиля подавалась сравнительно теплая вода из расположенного неподалеку внизу пруда. В каплях дождя, искрящихся мириадами бриллиантиков, сияла радуга оттенков цветущих соцветий сирени: от чисто-белых, нежно-розовых, лавандово-голубых, сиреневых, светло-желтых тонов до пурпурно-фиолетовых. Зелень кустов, освеженная каплями воды, становилась более насыщенной, принимая яркие малахитовые тона. Эта картина была своеобразным апофеозом весны... И быть может, цветущие кусты сирени напоминали писателю далекие детские годы у крыльца родительского дома. И всякий раз, когда Л. Леонов попадал в период цветения в сиреневый сад, он просил хозяина включать искусственное дождевание.

Сирень сорта Леонид Леонов

Из своего опыта Леонид Максимович знал, что возделывание собственными руками значительных коллекций культурных растений и растений «дикой» флоры требует много изнурительного ручного труда. И, чтобы работа была радостнее, необходим высококачественный инструментарий. Часто из своих зарубежных поездок Л.Леонов привозил не только редкие растения, но и инструментарий: от лопат, всевозможных грабель, вил, рыхлителей, до специализированных ножниц и прививочных ножей. На все это уходила значительная часть положенных суточных. Попав в зеленую «вотчину» Леонида Максимовича, был поражен, увидев естественные заросли кустов и деревьев нашей полосы с вкраплением редкостных растений, занесенных теперь в Красную книгу. Было среди этих «джунглей» и немало растений, о которых в то время я ничего не знал. В доме на подоконниках и в небольшой тепличке красовались экзотические кактусы, а из садовых цветов больше всего было флоксов, пионов, сирени.

Флоксами увлекалась супруга Леонида Максимовича Татьяна Михайловна.

Мне не единожды приходилось обращаться за помощью к Л.М. Леонову по поводу сохранения для москвичей волшебного сиреневого сада после смерти Л.А.Колесникова. И во многом москвичи, как и все россияне, обязаны Леонову тем, что часть сиреневого сада (3 га из 11,5 га) сохранилась до настоящего времени и в конце каждого мая цветет в Москве по Щелковскому шоссе у дома №13.
О судьбе сиреневого сада

Любое событие, касающееся сирени и самого Л.А. Колесникова, глубоко волновало Леонида Максимовича до конца жизни. В июне 1974 года писатель принимал участие в церемонии вручения (посмертно) Л.А. Колесникову награды «Золотая ветка сирени». Эта торжественная акция проходила в Доме дружбы. «Золотая ветка сирени» — награда Международного общества сиреневодов из штаб-квартиры в Рочестере (США) и Оттаве (Канада). Одновременно с деятелями науки, культуры, искусства присутствовали представители посольств США и Канады. По завершении речей демонстрировался фильм «Сад сирени» — лента, созданная в студии научно-популярных фильмов в Москве в 1952 году. Увиденное поразило иностранцев. Леонид Максимович, весьма растроганный увиденным в фильме, вспоминал замечательного садовода Л.А.Колесникова, встречи с ним в Сиреневом саду.

«Зеленые друзья» Л. Леонова составляли бесценную коллекцию, из которой лучшие виды, подвиды, разновидности, сорта тех или иных растений он передавал нашим ведущим научным центрам — в Ботанический институт имени Комарова в Ленинграде, Главный Ботанический сад АН СССР и другие учреждения, и известным любителям хоббистам,растениеводам и ботаникам.

Например, крупнейшая и, не только в нашей стране, коллекция кактусов была передана в БИН. У себя в тепличке под стеклом Леонид Максимович оставил к последним годам жизни не более двух десятков горшков этих близких и дорогих ему колючек. Да и то лишь только потому, что ясновидящая Ванга предсказала ему, что имеющиеся у него под стеклом какие-то колючки хранят и оберегают его здоровье. Это его талисман. И очень веско еще раз напомнила, чтобы Леонид Максимович оберегал их и никогда не расставался с ними. Леонида Максимовича интересовала незаурядная личность болгарской предсказательницы, ее биоэнергетическая связь с космосом, образ мышления, накопленная мудрость. Бывая даже короткое время в Болгарии, Л. Леонов старался вновь встретиться с Вангой. Иногда к этим встречам приобщались и члены его семьи.

Леонид Максимович много трудился в своем саду в удобной для работы одежде. Однажды за поливом питомцев его застал иностранный корреспондент. По одежде и потому, как усердно работал Леонид Максимович, репортер даже не мог предположить, что он разговаривает с самим известным писателем. Получив исчерпывающие ответы на интересующие его вопросы, представитель прессы удалился, а через некоторое время Л.М. Леонов прочитал в одной из английских газет, что ее корреспондент был на даче у Леонида Леонова и беседовал с его садовником, очень прилично владеющим разговорным английским языком.

Леонов не избегал нудной и черновой работы. Мне запомнился конец мая 1974 года — день семидесятипятилетия патриарха писателей России. Я приехал в Переделкино рано утром не только для того, чтобы поздравить юбиляра, но и с утра с ним поработать в саду. Почта доставляла поздравительные телеграммы. К одиннадцати часам прибыл специальный курьер с поздравительным посланием от Н.А.Косыгина. Прочитав послание, Леонов даже в этот свой праздничный день не отказался от работы в саду. Что-то обрезал, подвязывал, копал, поливал, занимался самой заурядной черновой работой — готовил новую грядку. На большие носилки я положил довольно много плодородной земли. Леонид Максимович посмотрел, взял лопату и добавил еще. Взяли за носилки и понесли. «Ну как, ничего?» — спросил Л. Леонов.

Сирень сорта Леонид Леонов

В знак уважения и признания заслуг Леонида Максимовича Л.А.Колесников посвятил ему свой великолепный сорт сирени — «Леонид Леонов». Этот сорт является украшением самых крупных коллекций сирени (сиренгариев) как в России, так и в других странах мира. Я, следуя примеру своего учителя, посвятил Леонову три моих сорта гладиолуса: «Писатель России Леонид Леонов». Третье название — «Патриарху писателей России», появилось тогда, когда душа Леонида Максимовича была еще с нами, а сами цветы легли уже на его надгробие. Сорт «Патриарху писателей России» был освящен духовным наставником Леонида Леонова отцом Владимиром в церкви Большое Вознесение.

Далее - Татьяна Клевенская. Травы земные...