Воспоминания

Наталия Леонова

Мариэтта Шагинян

Мариэтта Шагинян у нас в доме не бывала, но, помню, родители рассказывали о ней одну забавную историю.

Это было до войны. Родители только что купили машину, учились ездить, получили права на ее вождение.

И вот однажды мама тренировалась на наших переделкинских дорогах, делала круги по улицам, которые теперь называются улицами Тренева, Серафимовича, Лермонтова. Когда-то все эти пути имели наши, собственные обозначения, как мне кажется, более поэтические и уж во всяком случае много говорившие нашему сердцу, — Бабушкина дорожка, Земляничная поляна, Таинственный остров, любимый нами за то, что недоступно обосновался посреди круглого озерка, едва видимого с дороги.

Так вот, в тот далекий день мама ездила ма машине мимо Земляничной поляны, Таинственного острова, по Бабушкиной дорожке и возвращалась на нашу улицу, где ее ждал папа.

Но в тот момент, когда мама была где-то далеко, из дому вышла на прогулку Мариэтта Шагинян. Встретила папу и остановилась побеседовать. Темы беседы касались вопросов творческого порядка. Шагинян была убеждена, что для подьема творческих сил и вдохновения папе необходимо какое-то страшное потрясение, переживание, способное ударить одним махом по всем струнам нервной системы.
«Вот бы, например, у вас жена умерла!»

И как раз в тот момент, как бывает только в сказках, около них остановилась машина и из нее выпорхнула молодая женщина, хорошенькая, в волнах каштановых кудрей, с развевающимся за плечами шарфом, с лицом, сияющим от победы над строптивым, неподдающимся автомобилем... «А вот и я!»

Папа показал рукой: «Знакомьтесь, это как раз моя жена!»

Шагинян, несколько растерявшись, смотрела в это счастливое лицо, потом, взмахнув рукой, сказала, как распорядилась:
— Пусть живет!

Далее - Наталия Леонова. Визит и Поликарпову